Свободный порт Владивосток: территория без откатов?

Свободный порт Владивосток: территория без откатов?

Свободный порт Владивосток: территория без откатов?
Аналитика

27 сентября 2018, 14:53
Фото: из архива еженедельника «Аргументы недели. Приморье»
Говорят, портов без взяток не бывает, точнее, бывает, но не у нас

Совсем скоро, 12 октября исполняется три года с момента вступления в силу Федерального закона №212 «О Свободном порте Владивосток». Документ, по замыслу его разработчиков, направлен на формирование на тихоокеанской окраине России мощного транспортно-индустриального узла, ориентированного на потребности не только нашего государства, но и всего Азиатско-Тихоокеанского региона. В марте 2016 года появились первые участники, внесённые в реестр резидентов Свободного порта, сегодня количество таковых приближается к тысячи (если быть точными – 912). Как отмечают в Корпорации развития Дальнего Востока (управляющая компания территорий опережающего социально-экономического развития и Свободного порта Владивосток – прим. ред.), если намеченные планы осуществятся, мы получим не менее 31 тысячи новых рабочих мест. Однако, как отмечали участники обсуждения доклада председателя правления ПАО «Совфрахт» Дмитрия Пурима на тему «Порт без взяток», что портов без взяток не бывает, точнее, бывает, но не у нас. Входящий в состав медиа-холдинга «Восток-Медиа» еженедельник «Аргументы недели. Приморье» в рамках антикоррупционного проекта «Порядок без корысти», выполняемого при поддержке администрации Приморского края, решил выяснить, что думают по этому поводу местные специалисты и эксперты.

Первоначально режим Свободного порта распространялся на территории 15 муниципальных образований Приморского края, затем к ним добавился ещё один. Но позже границы действия расширили и на Хабаровский край, Сахалинская область, Чукотку (порт Певек) и Петропавловск-Камчатский. Власти регионов выступают за дальнейшее распространение особого режима. Например, на Сахалине предлагается придать статус свободного порта всем основным гаваням острова, что позволит, как ожидают, существенно увеличить долю сектора, не связанного с добычей нефти и газа, которая формирует сегодня значительную статью бюджетных доходов. В результате диверсификации к 2019 году доля валового регионального продукта, не связанная с нефтегазовым комплексом, может увеличиться на 11,6 % по сравнению с 2015 годом, и превысить 48 %.

Режим свободного порта предусматривает более 20 видов преференций. Основными преимуществами являются льготы в сфере налогообложения. В частности, предусмотрено освобождение от уплаты налогов на имущество организаций и земельного налога. Налог на прибыль в первые пять лет снижают на 5 %, в последующие пять ещё на 10 %, а страховые взносы на данный период составят 7,6 %. Как рассказали нашему изданию специалисты Минвостокразвития на толко что прошедшем Восточном экономическом форуме, налоговая нагрузка для резидента Свободного порта Владивосток в течение 10 лет суммарно составит чуть более 10 % против 45 %, как у обычного юрлица. Режим свободного порта, отметили в департаменте экономики и развития предпринимательства Приморского края, позволит участнику свободного порта в десятилетний период экономить до 70 % на налогах, тем самым инвестиционный проект будет окупаться на 20 % быстрее.

А вот что говорят о важности и эффективности предоставляемых льгот сами резиденты Свободного порта Владивосток.

«Все преференции, связанные, в первую очередь, с фондом оплаты труда, для нас явились приятным бонусом, который мы используем, дополнительно обучая специалистов, поскольку у нас девяносто процентов рабочих – квалифицированные. Также ведём переговоры с французской группой Legrand о дополнительных разработках, и наши зарубежные партнёры идут на это – всё за счёт того, что можем инвестировать получившиеся деньги обратно в человеческий капитал, – отмечает гендиректор компании по производству электротехнического оборудования «ДВ-Инжиниринг» Евгений Вирцер.

Также тратят сэкономленные средства и в компании «Композитное кораблестроение», занимающейся производством флота для морского туризма, – вкладывают их в повышение профессиональных компетенций. За год благодаря преференциям компании удалось сэкономить порядка 10 миллионов рублей на фонде заработной платы. И это, уточнили в компании, не единственный плюс приобретения статуса резидента СПВ.

«Мы получили больше пиара, благодаря чему получили первые инвестиции в проект, расширили число заказчиков и сейчас удалось дойти до нынешней стадии проекта: начинаем серийную постройку, переходим к настоящей гражданской верфи и ищем потенциальных партнёров по бизнесу», – рассказал председатель правления ООО «Композитное кораблестроение» Дмитрий Волошенко.

Однако, не всё так гладко, есть и проблемы. Так, среди основных резиденты называют трудности с ускоренным возвратом налога на добавочную стоимость. Хотя эта преференция разрабатывалась для экспортёров, сегодня большая часть заявок касается быстрого возмещения НДС при капитальных вложениях. Это особенно актуально на начальном этапе реализации инвестиционного проекта, в период активного строительства, когда необходимы живые деньги. По данным на сентябрь 2017 года, резиденты подали обращения на предоставление данной льготы в размере 10 миллиардов рублей.

В рамках режима свободного порта ускоренный возврат НДС обещан в течение 10 дней. Но, как рассказывает руководитель возводящей во Владивостоке торгово-развлекательный центр строительной компании «Артаяр» Дмитрий Макаренко, не отработан регламент по выдаче соответствующего поручительства налоговой службе от Корпорации развития Дальнего Востока. В итоге компании приходится возмещать налог на добавочную стоимость на общих основаниях: примерно в течение четырёх месяцев с даты представления налоговой декларации, по которой НДС заявлен к возврату.

Есть сложности и с налогообложением тех предприятий, которые существовали и до принятия закона о Свободном порте Владивосток и затем ставших его резидентами. Так, АО «Восточный Порт» завершает строительство дополнительного перегрузочного терминала. За счёт него стивидор фактически удвоит перевалку угля – по прогнозам, грузооборот компании в 2019 году достигнет 39 миллионов тонн. Этот проект – один из крупнейших, реализуемых сейчас в Приморье, он оценивается в 31 миллиард рублей, и в него уже инвестировано 24 миллиарда. При этом порядка 5 миллиардов рублей вложат в сопутствующую инфраструктуру – реконструкцию припортовой станции Находка-Восточная. Также стивидорная компания рассчитывает на преференции по налогу на прибыль. Между тем, льгота предоставляется только тем резидентам, у которых доля выручки от нового бизнеса составляет 90 %. Для стивидора это нереальное условие, учитывая его исторически сложившуюся роль на рынке транспортных услуг, отмечает первый заместитель гендиректора ООО «Управляющая портовая компания» (управляющая «Восточным Портом» организация) Ирина Ольховская.

Но как режим Свободного порта со всеми его преференциями повлиял на ситуацию с коррупцией? По мнению члена Совета директоров ОАО «Владивостокский морской рыбный порт» Дениса Сарана, нововведения в работе таможни – круглосуточный режим работы таможенных постов в морских пунктах пропуска, относящихся к Свободному порту Владивосток (порядка 40 % судов теперь оформляется в ночное время), электронное декларирование грузов – сводят на нет коррупционные риски. «Сейчас действует центр электронного декларирования: грубо говоря, решение о досмотрах, процедурах принимает оператор, который может находится в Москве, на основе анализа Big data», – отмечает он.

А вот мнение представителя экспертного сообщества, ведущего научного сотрудника Тихоокеанского института географии Дальневосточного отделения РАН кандидата наук Юрия Алексеевича Авдеева, кстати, усилиями которого, в том числе, Владивосток в конце 1990-х получил статус открытого города.

- Ваш проект называется «Порядок без корысти», и связан с преференциями, которые предусмотрены законом о Свободном порте Владивосток. Для начала зададимся вопросом: есть ли здесь корысть, когда потенциальному резиденту предлагается множество льгот, а от него ждут лишь одно – внести пять миллионов рублей? Напомню время обсуждения ещё проекта закона: больше всего вопросов было – какая цель преследуется законом? Разработчики отреагировали, и в качестве таковой «нарисовали» аж целых пять целей, из которых ни одна не отвечает на вопрос: «зачем?». Об этом я писал в журнале ЭКО №2 за 2017 год. Критерий бесхитростный и прямолинейный: внёс сумму – ты резидент, и делай что хочешь. Желающих хоть отбавляй, кто ж откажется на «халяву» получить участок прибрежной территории. А по какому критерию оценивать, чьи миллионы лучше: более убедительным будет тот, кто простимулирует принимающих решение. Вот и ответ на вопрос о коррупции. Точно поставленная цель, скажем, построить порт по масштабам и конкурентоспособности сопоставимый с портами Китая, Кореи или Японии, с определёнными параметрами специализации, технологической оснащённости, производительности и прочее, который должен быть построен в определённые сроки, и под этот проект набор преференций… Тогда критерии отбора резидентов будут принципиально иными, и для коррупции места не остается. Если же цели не определены, перед соблазнами редко кто устоит.

- Ожидается, что рост грузооборота в портах Дальнего Востока продолжится и дальше, обеспечить его призваны новые проекты по перевалке угля, зерновых грузов, рыбной продукции, а также развитие транзитного потенциала Дальнего Востока. Но не вызовет ли всё это и роста аппетитов нечистоплотных чиновников и увеличения числа желающих поживится за счёт предпринимателей и инвесторов?

- Независимо от динамики грузооборота портов Дальнего Востока, до тех пор, пока будет сохраняться порядок принятия решений, при совершенно очевидном снижении уровня квалификации чиновников, количество желающих поживиться за счёт тех, кто делает дело, будет только возрастать.

- На ваш взгляд, какие факторы инвестиционной привлекательности наиболее важны для потенциальных инвесторов и какие изменения для этого необходимы? Какие современные инструменты финансирования целесообразно использовать для реализации инфраструктурных проектов на Дальнем Востоке?

- Для инвестора важно понимать, какую долгосрочную задачу решают власти на данной территории, на каком уровне принимаются решения, и какую часть рисков готова брать на себя власть. Поэтому его интересует долгосрочная стратегия региона, насколько эта стратегия вписывается в стратегические замыслы федерального центра: наличие синхронности и непротиворечивости стратегий разного уровня для инвестора является первым фактором для принятия положительного решения об инвестировании в данную территорию. Ему также важно понимать логику выстраиваемых приоритетов в стратегиях разного уровня, какова последовательность действий и соблюдение сроков реализации проектов региональными властями и национальными компаниями, где концентрируются ресурсы на инфраструктурное обеспечение будущих инвестпроектов, и на какие льготы они могут рассчитывать. А уж какими финансовыми инструментами ему воспользоваться, инвестор разберётся без подсказок и предложений со стороны.

- Что необходимо предпринять, чтобы защитить права инвесторов и снизить административные барьеры?

- Инвестор инвестору рознь, и не всякий инвестор нуждается в защите. Инвестор просчитывает свои риски задолго до начала проекта, не уповая на чью-либо поддержку и защиту. И он реализует свой проект, ориентируясь, в первую очередь, на рыночный спрос, не согласовывая свои действия со стратегическими замыслами властей на данной территории. Но есть проекты, в которых нуждается город, регион, страна, и тот, кто берется за его реализацию, вправе рассчитывать на поддержку соответствующей территориальной структуры власти, начиная с тарифов на электроэнергию, процедуры землеотвода, подключения к инфраструктурным сетям и до законодательного оформления тех или иных преференций. Так одной из самых актуальных проблем для Дальнего Востока, и Приморского края, в частности, является обеспеченность населения социальной и транспортной инфраструктурой. Почему бы в этой связи не объявить приоритетом на ближайшее десятилетие и предоставить льготный режим для любого инвестора, готового участвовать в наращивании социально-инфраструктурного потенциала территории, и за этот период. Или в рамках нацпроекта, например, начать на Дальнем Востоке широкомасштабное развитие аэрокосмической отрасли: от металлургического производства до подготовки кадров, где любой инвестпроект должен получить господдержку и защиту от чиновничьего произвола.

- Какие механизмы упрощения и ускорения таможенного администрирования наиболее востребованы?

- Что касается таможенных процедур прохождения тех или иных товаров, то и здесь руководствоваться нужно теми же правилами, то есть исходя из соображений «работает» ли данный товар на реализацию приоритетных задач, или нет, закрепляя это, если необходимо законодательно. Если бы в своё время государство правильно оценило ситуацию с уровнем автомобилизации страны от Урала на восток и, вместо заградительных пошлин и иных препятствий, поощряло и поддерживало инициативу местного предпринимательского сообщества, то уже давно здесь были бы созданы производства, превосходящие по всем параметрам (в том числе и по количеству занятых) ныне функционирующий во Владивостоке Соллерс.

Ещё один эксперт, политолог Станислав Дмитриев отмечает: «Традиционно в Приморье коррупция наиболее сильно проявляет себя в земельных отношениях. В муниципалитетах дела обстоят не лучше чем в краевом центре, хотя во Владивостоке прокуратура, пожалуй, самый частый гость в департаменте земельных отношений. Огромные обороты земли проходят по «теневым» схемам. Благодаря федеральным проектам – Свободный порт Владивосток, ТОРы – сегодня землю под капитальное строительство стало возможным получить и без взяток. Однако эти проекты полезны для бизнеса с крупным оборотом капитала. Менее одной тысячи компаний получили статус резидента Свободного порта из более чем шестидесяти тысяч коммерческих организаций края, иными словами вопрос земли не решить одними федеральными проектами. Необходима политическая воля на региональном уровне. Вспомним, как богат оказался прошлый год на всевозможные коррупционные скандалы. Арест главы Дальнегорска, задержание его коллеги из Уссурийска, обыски в администрациях крупных муниципалитетов… Однако цели этих действий в большей степени связанны со сменой политического курса региона и его истеблишмента, чем с реальным показателем эффективности борьбы с коррупцией. По данным прокуратуры , более чем в два раза увеличилось число мелких взяточничеств в 2018 году, что говорит о системности коррупции и необходимости системного подхода в борьбе с ней. Как бы странно это не прозвучало, но показательно «рубить головы» в муниципалитетах смысла нет. Это средство помогает лишь на короткий промежуток остановить те схемы, которые нарабатывались годами».

Юлия БЕРЕГОВАЯ

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter