Валерий Петухов: «Сохранение экологии не должно мешать развитию»

Валерий Петухов: «Сохранение экологии не должно мешать развитию»

Валерий Петухов: «Сохранение экологии не должно мешать развитию»
Интервью

4 марта, 16:44
Фото: Глеб Ильинский / Приморская газета
Насколько сегодня востребована дальневосточная научно-инженерная школа? Что связывает инженеров и ученых ДВФУ с экологией и экономикой? Можно ли совместить охрану природы и крупные производственные проекты? Как преодолеть сомнения обывателей в объективности науки?

Об этом и не только разговор «Восток-Медиа» с заместителем директора Политехнического института Дальневосточного федерального университета Валерием Петуховым.

— Валерий Иванович, Инженерная школа ДВФУ сегодня — это…

— Политехнический институт. По решению руководства университета Инженерная школа переименована, и теперь называется Политехническим институтом. Это дань уважения традициям и вкладу политехников в развитие инженерного образования. Тем более что и коллектив у нас сохранился после того, как Дальневосточный государственный технический университет вошел в состав ДВФУ. На мой взгляд, «возвращение к корням» говорит о стремлении сохранить преемственность и качество инженерно-технического образования. Сегодня мы развиваемся по такой траектории, которая позволяет сохранить и развивать наши образовательные программы, обеспечивать квалифицированными кадрами экономику региона.

— Есть ли у Политехнического института какие-то интересные наработки, проекты, которые реализуются на практике и привносят реальный вклад в развитие экономики Приморья?

— Да. Мы взаимодействуем с разными крупными предприятиями. Буквально на днях к нам приезжали представители корпорации «Русгидро». Они были в нашем инжиниринговом центре, который мы создали, отремонтировав старую брошенную котельную. Сегодня там центр по развитию теплоэнергетики. Он активно взаимодействует со структурами «Русгидро», мы имеем заказы на научно-исследовательские работы по оптимизации работы, в частности, Владивостокской ТЭЦ-2. Это благоприятно и динамично развивающееся сотрудничество, одно из наиболее успешных направлений нашего взаимодействия с экономикой.

У нас налажено хорошее взаимодействие с «Прогрессом». С ними мы реализуем уже третий проект. Два первых позволили создать технологические линии, существенно повысившие автоматизацию создания авиационной техники в вертолетостроительной отрасли. И мы продолжаем наращивать это взаимодействие.

— Еще же есть какие-то проекты со «Звездой» в Большом Камне?

— Да, с корабелами мы уже выполнили несколько проектов и продолжаем работать. Что называется, встраиваемся в процесс решения актуальных для них задач. В первую очередь это связано с автоматизацией технологических процессов, современными методами сварки.

Кроме того, провели серию обсуждений различных тематик с «Газпромом» и близки к запуску нескольких работ, интересных газовому гиганту. В первую очередь имею в виду обслуживание подводных добычных комплексов. Их в свое время делали зарубежные производители, но сейчас из-за санкций они ушли. Образовалась целая технологическая ниша, причем очень болезненная для промышленников — некому оказывать необходимые им услуги. Мы готовы на этом направлении и разрабатывать технику, и оказывать высокотехнологичные услуги, и готовить кадры для такой работы. Кроме того, мы сделали один из аванпроектов, который показал, какая техника сейчас нужна, чтобы обеспечить эффективное использование таких подводных добычных комплексов, которые уже действуют на месторождениях на шельфе Сахалина.

— Валерий Иванович, а как обстоит дело с доверием к результатам работы Политехнического института, особенно в вопросах экологической и промышленной безопасности, которыми вы тоже занимаетесь?

— Доверие ­ — штука хитрая. Оно ведь складывается из многих составляющих. В том числе и из того, что есть в средствах массовой информации, и из того, что ученые говорят. Что касается экологического благополучия, то, как мне кажется, появляются целые группы так называемых «защитников природы», которые все преподносят в негативном свете, и совершенно бездумно подчеркивают, что человеческая деятельность исключительно негативно влияет на природу.

Конечно, природу нужно охранять. Считаю огромным достижением принятие в 1992 году в Рио-де-Жанейро международной Конвенции о биологическом разнообразии, в которой обозначены основные принципы развития человеческой цивилизации в гармонии с окружающей средой. К ней присоединилась основная масса государств. Это был большой шаг, который поставил барьер, скажем так, «промышленному эгоизму». Документом признается, что нельзя безудержно развивать промышленность, какие-то экономические проекты, не заботясь об охране окружающей среды.

Но все это как-то выворачивается наизнанку, подменяются понятия. Когда говорят об этой Конвенции, в первую очередь, речь ведут о том, что все силы надо бросить на сохранение природы и биологического разнообразия, обеспечение благополучия экосистемы. Однако в самой Конвенции в центре внимания — человек и его социально-экономическое благополучие в гармонии с природой. Особенно четко это отражено в первых пяти принципах документа.

Самое главное, на чем хочу акцентировать внимание: сохранение экологии не должно мешать развитию. А сейчас мы слышим лишь о негативном воздействии на окружающую среду, на человека. Все это откладывается в подсознании у людей и становится неким доминирующим фактором при различных обсуждениях. Мы с подобным столкнулись, когда работали по Находкинскому заводу минеральных удобрений. Но такую ситуацию надо поправлять.

— Можно подробнее по НЗМУ? Разговоров вокруг строительства этого предприятия много, а что на самом деле?

— Еще год назад к нам обратилась дирекция предприятия с просьбой проанализировать проект с точки зрения безопасности. Промышленной, экологической. Но проработанное законодательство как раз и предусматривает мероприятия, которые минимизируют потенциальное воздействие таких производств, делают его приемлемым в установленных нормах. Чтобы не нанести вреда ни территории жилой застройки, ни людям, которые там живут, ни окружающей среде.

Наш Департамент природно-технических систем и техносферной безопасности, которым я руковожу, давно реализует программы по обеспечению безопасности в широком смысле. Это защита в чрезвычайных ситуациях, пожарная безопасность, охрана труда, охрана окружающей среды и ресурсосбережение. Наши специалисты преподают эти дисциплины, и владеют современными методиками расчета рисков, развития возможных аварийных или каких-то чрезвычайных ситуаций. И мы согласились принять участие в этой работе по просьбе руководства НЗМУ.

Поначалу информации было не очень много ­– проектная документация в стадии разработки. Поэтому мы сначала изучали аналогичные производства у нас в стране, за рубежом. Конструировали некие гипотетические аварийные и чрезвычайные ситуации, моделировали их, просчитывали. А дальше началась работа с проектантами НЗМУ. По мере появления проектной документации нам ее предоставляли, мы смотрели, изучали, оценивали.

— И каков вердикт?

В целом, могу сказать, что место для строительства завода выбрано достаточно удачно с точки зрения особенностей рельефа, розы ветров. В принципе, выбросы, которые неизбежны при работе любого предприятия, минимальны и, в любом случае, Находки не достигнут — там достаточно далеко. Особенности рельефа закрывают район жилой застройки от непосредственного воздействия предприятия. Да и само жилье находится достаточно далеко. Например, в Ангарске или в Невинномысске для аналогичных производств санитарно-защитная зона была уменьшена до 500-700 метров от жилой застройки. У нас же в Находке выдержан максимальный размер в 1 км. И моделирование процесса выбросов в атмосферу показывает, что предельно допустимых концентраций потенциально опасных веществ на границе санитарно-защитной зоны не будет. Коллеги выполнили расчеты по оценке возможного воздействия на здоровье людей — его тоже не будет.

Отмечу, что в своей работе мы исходили из того, что будут строго выполняться все предусмотренные проектом технологические регламенты. Что все предусмотренные мероприятия по пожарной безопасности, по экологическому контролю, мониторингу также будут выполняться. И по документации, с которой мы работаем, видно, что все это предусмотрено. Важно качественно сделать. При этом у нас нет оснований сомневаться, что все, заложенное в проектной документации, будет выполнено. Хотя сомнению можно подвергнуть все, что угодно, просто исходя из неких кликушеских, я бы так сказал, настроений.

— А как, на Ваш взгляд, с такими настроениями можно бороться?

Думаю, надо демонстрировать и отстаивать свою принципиальную позицию. К сожалению, зачастую из каких-то соображений мы уходим от такого рода дискуссий. И это неправильно. Приведу пример. Летом прошлого года в ходе публичного обсуждения проекта НЗМУ с большим «воодушевлением» один из участников сказал, что вот, мол, будет смешиваться угольная пыль с парами метанола и нефти, и возникнет взрывоопасная смесь, которая может рвануть чуть ли не как атомная бомба. Когда мы посчитали предел взрывоопасности, условия для возгорания такой нереальной смеси, выяснилось, что возможная концентрация веществ при существующих природных условиях на пять порядков (!) ниже. Для понимания, каждый следующий порядок больше предыдущего в 10 раз. То есть никакой такой взрыв просто физически невозможен. И об этом надо говорить, чтобы подобные слова не звучали. Мне кажется, надо с аргументами, чётко развеивать такие вот безосновательные панические слухи. Возможно, что они некоторыми людьми сознательно вбрасываются в информационное поле. И тогда этим должны заниматься профильные специалисты.

Я не родился в Приморском крае, но живу здесь с 1966 года. Здесь родились мои дети и внуки. И мне совсем небезразлично социально-экономическое развитие территории. Очень важно, чтобы мы из сырьевого придатка, каким, по сути, пока являемся, превратились в промышленно развитый регион. Это единственный способ поднять экономику, наполнить бюджеты и обеспечить людям достойную жизнь. Сегодня многие просто трудно живут.

Хороший пример того, как развитие высокотехнологичного производства влияет на экономику региона и качество жизни людей — это Сахалин. Мы в свое время проводили там экологические обследования и готовили обоснование для строительства завода по сжижению природного газа в Пригородном. И я помню, какая тогда была общественная волна, как «Экологическая вахта Сахалина» выдвигала различные аргументы, как все будет плохо в экологическом плане, если завод СПГ построить. На самом деле сегодня ситуация в этом отношении там благополучна, существенно увеличился бюджет. Мне часто приходится там бывать, и я воочию наблюдаю, как меняется город, как улучшаются дороги, развивается туристический бизнес. Но это же не появилось само собой. Такие возможности создает наполненность бюджета региона.

— Валерий Иванович, есть ли у Политехнического института планы участия в формировании социально-экономического благополучия Приморья в гармонии с окружающей средой?

— Мы уже говорили о тех компаниях и предприятиях, с которыми тесно сотрудничаем. Проекты, которые они с нашим участием реализуют, — это и есть наш вклад в экономическое развитие края. Кроме того, мы участвуем во многих проектах по сохранению экологического благополучия. Например, в свое время мы провели обследование бухты Золотой Рог, разработали соответствующую программу. Но с ее реализацией есть сложности. Немного притормозило министерство природных ресурсов, хотя обещали сразу открыть финансирование. Мы все же надеемся, что сможем эту программу выполнить.

С точки зрения влияния на экономические процессы надо понимать, что инженерная экология является неким ограничителем, создающим определенные барьеры для предприятий. В то же время, такие ограничения — это дополнительный стимул к поиску решений, которые позволят их преодолеть не во вред окружающей среде. При этом, как в случае с программой по бухте Золотой Рог, ориентируемся на развитие отдельных предприятий, которые впоследствии могли бы стать операторами в той или иной сфере.

Мы занимаемся вопросами утилизации отходов — у нас в Приморье в этой области проблем немало. По некоторым из них у нас есть интересные технологические решения. Например, по переработке золошлаковых отходов с получением товарной продукции и созданием экономически эффективного производства. Наработки у нас есть.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter