Поставка бензина на Дальний Восток — социальная функция

Поставка бензина на Дальний Восток — социальная функция
Аналитика

31 июля 2020, 16:28
Фото: Медиахолдинг1Mi
В последние недели то и дело возникают разговоры о повышении топливных цен на Дальнем Востоке.

Как сообщает Росстат, в среднем по России за вторую неделю июля средняя розничная цена на бензин марки Аи-95 выросла на 23 копейки, до 46,61 рубля за литр, Аи-92 — на 19 копеек, до 42,97 рубля за литр, Аи-98 — на 16 копеек, до 52,53 рубля за литр.

В реальности рост цен на АЗС — минимальный. Однако независимые сети активно раскачивают лодку, поскольку их маржа сейчас уменьшается. Крупные компании поставляют значительные объёмы нефтепродуктов на биржу. Независимым АЗС выгодней покупать топливо на нефтебазах, и они не хотят мириться с тем, что им предлагается осуществлять закупки на рыночных условиях.

Читатель, который внимательно следит за «бензиновыми» новостями вспомнит, как и год, и два года назад летом начинают поступать новости от независимых АЗС, которые недовольны происходящим на рынке. Они «бьют тревогу», пишут письма в правительство и просят снизить цены. Чтобы понять, чем недовольны представители этих компаний, давайте разберемся с тем, как устроен российский рынок нефтепродуктов.

Независимые АЗС не хотят терять сверхприбыли

Для мелких АЗС маржинальность в 10-12% становится очень болезненной. Именно при падении до этого уровня представители независимых розничных сетей «начинают писать письма», тема цен на АЗС и мифического дефицита бензина активно освещается в СМИ. Цены, дающие маржинальность для АЗС в 20% и выше, возникают на рынке достаточно регулярно, но, как правило, держатся недолго. Как только они падают, независимые АЗС начинают «бить тревогу».

Это прекрасно понимают основные участники топливного рынка, в том числе и те представители «независимых», которые готовы играть по общим правилам.

«Развитие биржевой торговли в России идет в соответствии с указом Президента РФ „Об основных направлениях государственной политики по развитию конкуренции“, — отмечает вице-президент Независимого топливного союза Дмитрий Гусев. — Соответственно, все вертикально-интегрированные нефтяные компании значительные объемы реализации нефтепродуктов переводят на биржу. Что же касается мелкого опта, проблема участников рынка состоит в отсутствии плановости закупок. Работающая на рыночных условиях сеть АЗС традиционно делит объемы закупок на мелкооптовые и биржевые, и четко выдерживает пропорции. Мелкооптовые закупки связаны с плановостью работы — необходимо за 2-3 недели до месяца поставки отправить заявки с указанием объемов. Они включаются в производственный план и выполняются равномерно. Если не планировать — велика вероятность, что за тебя это никто не сделает, и объемов на компанию не дадут. Зачастую с этим связано недостаточность предложения в мелкооптовом сегменте — невыполнение производственных планов из-за отсутствия заявок. В соответствии с указом президента, с целью снижения затрат независимых производителей на планирование, было принято решение о переводе реализации нефтепродуктов на биржу. Четко, ясно и понятно — равномерные торги, каждый день определенный объем: пришел, купил, оплатил и забрал. Существует также множество брокеров, готовых предоставить рассрочку платежа», — отмечает он.

Конечно, в период низких цен на нефть, когда резко снизилась экспортная пошлина, «независимые» сети получали сверхприбыли. Теперь ситуация изменилась, а они пытаются сохранить маржу. Особенно непростая ситуация на Дальнем Востоке, где сложна логистика и мало нефтеперерабатывющих мощностей.

Сахалинский случай

Среди дальневосточных регионов выделяется Сахалин — там самая сложная ситуация из-за большой удаленности от единственного в регионе НПЗ: нефть сначала везут в Комсомольск-на-Амуре, там перерабатывают и только затем на танкерах возвращают обратно. Из-за дороговизны доставки бензин стоит выше, чем в других регионах Дальнего Востока. Возникают и ситуации, когда независимые АЗС придерживают бензин и надеются на волне дефицита продать его подороже. Например, на трассе Сахалин — Хомск, по сообщения м водителей, уже есть нехватка 95–го бензина и идут разговоры о скором повышении цен. Однако для участников рынка очевидно, что проблема связана с тем, что «независимые» не желают терять свои сверхприбыли и не хотят покупать бензин на бирже.

«Популисты не раз уже использовали ситуацию на топливном рынке Дальнего Востока, чтобы заработать себе очки, — отмечает Гусев. — Сложные фискальные системы, меняющееся законодательство, большие социальные обязательства крупных игроков — все это предоставляет хорошую почву для спекуляций», — отмечает он.

Повторим: ситуация на Дальнем Востоке сложна априори. В регионе не хватает перерабатывающих мощностей. Там нет условий для создания новых мощностей. Там по-прежнему дорогая логистика — возить топливо с нефтебаз, находящихся в отдаленных районах, очень накладно. «Серьезным ограничительным фактором является не самая разумная налоговая политика, которую ведет государство — сейчас из нефтяников выжимают все соки. Откуда тут взяться инвестициям и новым мощностям», — считает эксперт.

В качестве подтверждения этого тезиса Дмитрий Гусев приводит в пример «Восточную нефтехимическую компанию», которую фактически задушили налогами, уведя экономику компании в «минус». Это практически поставило крест на реализации проекта дальневосточного нефтехимического кластера. «По большому счету, надо кардинальным образом пересмотреть условия, в которых существует сейчас нефтяная отрасль. У нас ведь потолок планирования сократился с нескольких лет до нескольких месяцев — все постоянно ждут, какие новые ограничения и налоги введет правительство. В отрасль слишком сильно вмешиваются, используя как дойную корову для всех отраслей. Но рано или поздно это может просто убить отрасль», — считает эксперт.

Попробуем расставить все точки над i

Во-первых, нельзя забывать, что цена литра топлива — это себестоимость нефти плюс себестоимость переработки плюс затраты на транспортировку плюс налоги и акцизы. Причём, налоги и акцизы составляют 70-80% в цене бензина.

Во-вторых, если проанализировать «температуру по больнице», то есть цены на топливо по стране, становится очевидно: с разницей в копейки они одинаковы. С точки зрения потребителя, так и должно быть, но добиться такого равномерного ценообразования по стране непросто. Невольно возникает вопрос — а как бензин в Москве, Рязани и на Сахалине может стоить одинаково? Транспортировку и расходы на нее никто не отменял. Если в Москве это 1, 8 (р за литр), то во Владивостоке это уже 3,7 рубля за литр, а в Южно-Сахалинске в четыре раза больше — 6,2 рубля! Расходы, прибыль, закупочная цена — разное все, однако на выходе — усредненная стоимость бензина по стране.

«Любой нефтяник знает, что розничная маржа — прибыль от продажи топлива на Сахалине, к примеру, минимальная, — говорит директор Инфо-ТЭК Терминал Рустам Танкаев. — Если называть вещи своими именами, это работа в ноль. В силу логистики, нефтяным компаниям невыгодно снабжение этого региона своей продукцией, слишком дорого. При недостатке нефтеперерабатывающих мощностей в регионе никто не хочет связываться и нести убытки. Только госкомпании обеспечивают бесперебойные поставки. Поставки топлива на Дальний Восток, по сути, не являются для них коммерческой деятельностью. Фактически, они выполняют социальную функцию, обеспечивая в полном объеме потребление в регионе».

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter