Артем Самсонов: мы вводим ЧС во время паводков, а надо и во время эпидемий

Артем Самсонов: мы вводим ЧС во время паводков, а надо и во время эпидемий

Артем Самсонов: мы вводим ЧС во время паводков, а надо и во время эпидемий
Интервью

4 июня 2020, 13:44
Фото: Предоставлено героем материала
Редакция «Восток-Медиа» продолжает цикл материалов о том, как известные в Приморье персоны оценивают ситуацию в связи с эпидемией коронавируса. Предлагаем мнение депутата Законодательного собрания края ото КПРФ Артема Самсонова.

Как вы думаете, наступает конец эпидемии в Приморье?

Увы, нет. Эпидемия в Приморском ещё не закончилась и даже не начала заканчиваться. К слову, в начале апреля, когда отменяли голосование по Конституции, в Приморском крае было семь случаев COVID-19 и это количество увеличивалось на один в день. На пасху и Первое мая, регистрировали по 20-30 заражённых, а в самом начале июня в день выявляли более 50 случаев. Поэтому я считаю решения правительства края крайне непоследовательными. Когда эпидемии не было, все сидели на "самоизоляции", когда эпидемия на лицо, то ограничительные меры снимаются.

Стоило ли вводить режим ЧС в крае? Я напомню, что после сильных ливней и тайфунов он обычно вводился в районах, где были максимальные паводки и подтопления. А в 2016 году после тайфуна «Лайонрок» МЧС ввело режим чрезвычайной ситуации федерального уровня на всей территории края. Обсуждались ли вопросы о необходимости чрезвычайной ситуации краевыми депутатами?

Смысл чрезвычайной ситуации в том, что и реагировать надо чрезвычайно, поэтому на этот период управление должно максимально но временно сосредотачиваться в руках исполнительной власти, которая должна оперативно принимать решения. А депутатский корпус - это консервативный элемент власти…. Ни в коем случае нельзя принимать законы в спешке. Ведь уже есть принятые законы, которые позволяют вводить соответствующий режим и сосредотачивать власть в одних руках. Этот механизм продуман, он логичен и понятен.

То же, что произошло с принятием в спешке постановлений и новых законов недопустимо. Однако депутаты по всей стране срочно штампуют новые законы, которые противоречат Конституции и ограничивают права граждан на передвижение.

Кстати в Приморском крае подавляющее большинство депутатов Законодательного собрания на заседании выступали против таких запретов, однако, когда дошло до голосования, то против оказалась только фракция КПРФ. В итоге, вместо того, чтобы по действующему законодательству ввести режим ЧС, либо признать, что ЧС нет и ничего не вводить, были изобретены какие-то эрзац режимы "повышенной готовности к ЧС" и «самоизоляции».

Последнее вообще против правил и смысла русского языка. Что такое «самоизоляция»? Это когда я сам решаю и изолируюсь, например, ухожу в лес, как знаменитая отшельница Агафья Лыкова. То же, что происходит, особенно в Москве, никакой приставкой «само» описать нельзя.

А как понять «повышенная готовность к ЧС»? Если даже допустить необходимость данного режима, то он должен вводиться перед введением непосредственно самого ЧС. Если же, как сейчас объявлено, пик пройден, опасность миновала, ЧС не случится, 1 июля все идём голосовать, то о каком режиме подготовки к ЧС может идти речь? Тут либо крест надо снять, либо штаны надеть. Если пик пройден и режим ЧС уже не предвидится, так о какой подготовке к нему может идти речь?

Какое влияние оказала «самоизоляция» на экономику края?

Все эти запреты на передвижения и посещения общественных мест, привели к тому, что люди не потратили деньги, которые привыкли ежемесячно тратить на покупку вещей, на свой отдых, какие- никакие развлечения. А раз деньги не были потрачены, то они не были и заработаны. И в основном ничего не заработали объекты малого предпринимательства. Если говорить о мерах поддержки, то не надо ничего изобретать, всё уже изобретено давно и до нас. Поддержку торговцам и ремесленникам государства оказывали и в средние века.

Процедура ясна и понятна, она чётко прописана в федеральном конституционном законе «О чрезвычайном положении» номер №3 от 30 мая 2001 года. Кстати, он вводится указом президента для устранения последствий не только вооруженного мятежа или регионального конфликта, но и в случае сложившейся чрезвычайной ситуации природного или техногенного характера. Вот тогда можно ввести карантин и ограничить свободу передвижения, но только на 30 суток, а потом ЧП продляется по необходимости новым указом.

Если введено чрезвычайное положение, то государство вправе потребовать от предпринимателя, например, ресторатора, закрыть ресторан и прекратить работу. При этом государство оплачивает за предпринимателя аренду, либо не начисляет налог на имущество, которым запрещено пользоваться, а также берёт на себя выплату заработной платы сотрудникам, которые вынужденно остались без работы.

Подоходный налог с зарплаты платится ежемесячно, всё находится в компьютерных базах в налоговой, так что нет никакой сложности узнать, кто сколько получал. Вот это и есть реальная, понятная и полностью прозрачная помощь. Если же предприниматель предписание не выполнил, на период ЧП не закрылся, то даже штрафовать не надо, он просто лишается этой самой госпомощи.

Но государство и так в этот период платило зарплату всем бюджетникам. А это значительная часть населения.

Но самая главная помощь малому бизнесу во время кризиса была бы оказана именно в случае прямых выплат гражданам, как сейчас говорят «вертолётных выплат». Ведь куда граждане понесут эти деньги? Конечно предприятиям социально-бытового обслуживания, тому самому малому бизнесу, и малый бизнес, получив эти деньги оживился бы и быстрее встал на ноги. И главное, что в случае использования для этой помощи средств из валютных резервов, «вертолётные» выплаты не спровоцируют инфляцию. Ведь это не будут вновь «напечатанные» рубли. Рублёвая масса не будет увеличена и возросший спрос будет скомпенсирован увеличением предложений. Например, предложение увеличится за счёт снижения курса доллара и увеличения деловой активности.

И, кстати, зря многие боятся, что такую помощь незаслуженно получат олигархи и чиновники высокого ранга. У нас по статистике бедных людей более 50 процентов, а тех, кто пострадал от ограничения деловой активности в период эпидемии и действительно нуждается в помощи, будет 90 процентов. А оставшихся 10 процентов обеспеченных и богатых, если есть такое желание, можно легко отфильтровать, ведь все данные в налоговой есть. И если ты исправно в период эпидемии получаешь зарплату или твой доход выше какой-то суммы, то поддерживающую выплату можно тебе и не начислять.

Но наш президент примерно так и поступил. Он распорядился выдать деньги «на детей». Но распоряжаются этими средствами взрослые, конечно. Вы полагаете, что вообще не нужно было вводить этот странный режим «самоизоляции»?

Сейчас уже прозвучала цифра, что потери экономики России исчисляются триллионами рублей, а потери бюджета Приморского края составят 20 миллиардов. И это при доходной части в примерно 140 миллиардов рублей. Моё мнение по этому поводу не меняется. Я считаю, что все эти «недокарантинные» меры, разрушающие экономику, приносят гораздо больше вреда, чем пользы.

Гораздо эффективней было бы направить эти выпавшие миллиарды в медицину. У нас, по сути, был весь февраль, март, даже апрель, когда можно было готовить коечные места, развернуть производство аппаратов ИВЛ и медицинских масок. Через три месяца после начала войны, Советский Союз увеличил производство патронов, пулемётов и даже танков. Винтовочный патрон, гораздо более технологичная вещь, чем медицинская маска. Почему в 41 году государство смогло наладить их производство и миллионами отправляло боеприпасы на фронт? Сейчас в мирное время, с кучей подешевевшей нефти, которую некуда девать, правительство не может наладить производство даже элементарных масок, чтобы снабжать ими всех в нужных количествах и по адекватной «доэпидемической цене».

Но ведь производство масок в стране резко увеличилось

Если бы производство было запущено в объёме, который удовлетворяет спрос, то цена была бы как полгода назад- 200 рублей за 50 штук. А если цена в 10 раз выше себестоимости, значит предложение ниже, чем спрос, а спрос снижают посредством цены.

Ведь почему вводятся самоизоляционные меры? Страх не в том, что все умрут. COVID-19 во Владивостоке это не чума 14 века во Флоренции, от которой надо сбегать за город. У нас в крае заболело чуть больше 2000 человек, умерло по официальным данным 19 человек.

Пока больницы, с трудом, но справляются с потоком заразившихся, в том числе и благодаря этим самым, разрушающим экономику мерам. Однако гораздо продуктивнее было потратить миллиарды на создание коечных мест и обеспечение всем необходимым врачей и медперсонал. Тогда даже при 20 000 заболевших медицина бы справилась, и мы сохранили бы небольшой процент летальности, и не разрушили бы экономику, а наоборот простимулировали бы её.

Почти 19 процентов заразившихся коронавирусом в крае – это медработники. Как вы думаете, в чем тут дело? Это их самоотверженность, героизм? Или же отсутствие необходимой защиты? Или расхлябанность и непрофессионализм? В других странах, где число заболевших и умерших намного больше, чем в России, процент заболевания медиков в несколько раз ниже.

Почему среди умерших от COVID-19 большой процент медиков абсолютно понятно. Дело не в героизме или не профессионализме. А в другом…. По нашей статистике, когда человек умер от инфаркта или какого-либо известного до сих пор заболевания, но у него был коронавирус — причиной смерти считается уже известное заболевание. Нам об этом на последнем заседании Законодательного собрания сам губернатор говорил. По его же словам, вообще умерших среди заражённых, в несколько раз больше. Просто у них COVID-19 дал осложнения на что-то другое и в причине смерти указан не коронавирус, а, например, почечная недостаточность.

Так вот, если для семьи обычного человека смерть от короны или нет одинаково неприятна, то семья медработника, в случае смерти от COVID-19 получит от государства достаточно большую страховую выплату. Естественно есть заинтересованность в более точном установлении причины. Уверен, что в случае, если бы у нас, как и в остальном мире, каждому умершему, у кого был диагностирован коронавирус, в причине смерти указывали COVID-19, то процент умерших медработников был бы такой же, как и в Европе.

Какие уроки мы должны извлечь из истории с эпидемией в Приморском крае?

Во-первых, поступать по закону. А не менять законы под каждую ситуацию. Во-вторых, надо возрождать советскую медицину, чтобы она могла справляться с эпидемиями без самоизоляций. А для этого избавиться от ФОМСа, чтобы не приходилось отправлять в период эпидемий непрофильных врачей в неоплачиваемые отпуска, как происходит сейчас. И конечно государство должно научиться оперативно разворачивать любое производство лекарств, медицинского оборудования и даже такой ерунды, как медицинские маски… И жестоко карать все попытки навариться на спекуляции и откатах во время эпидемии.

Нашли опечатку в тексте? Выделите её и нажмите ctrl+enter